Писькин слушатель
Женщины, они такие беззащитные, приходят ко мне в офис, ложат голову на плечо и каются, каются в том, что сделали что-то не так. Это измены, обиды, крик, или что-то иное, но они приходят и делятся этим именно со мной и от этого я ловлю кайф – я психолог. Иногда мне тоже бывает стыдно за то, что я совершаю с ними, но поверьте, оно того стоит. Возьму одну такую плачевную историю, когда ко мне пришла сексопильная девушка и стала просто говорить о том, что она меняет парней как перчатки. Ее матка до такой степени напряжена и возбуждена, при чем постоянно, что ей хочется трахаться через каждые два-три часа, и это правда. Когда она все это излагала лежа на маленькой белой кровати, сложив ножки, и положив голову на маленькую подушку, я сидел за своим письменным столом и делая вид что записываю, а я всегда делаю такой умный вид, я смотрел на ее еще такое молодое тело, которое хочет прыгать на моем члене, и не видел в этом ничего плохого. Она даже слезу пустила, просила помочь, но я , еле сдержавшись, попросил прийти чуть позже, чтобы самому остыть.
Мне нельзя была осматривать моих клиентов. Прикасаться к ним и помогать в физическом плане. Я зачастую только говорил, потому придумав план совращения, я пригласил ее на 19.00 вечера к себе на прием, того же дня. Она пришла, да , пришла и не с пустыми руками. Поставила на мой стол коробку с тортиком, принесла из соседнего кафе еще горячий чай и пригласила перекусить вместе с ней. Что ж, слово клиента для меня закон, если оно такое сладкое. Потому я не отказал себе в помадке. Когда она кусала торт, я следил за ее губами. Они такие пухлые, что мне казалось, они отображают реально сладкие губки в ее трусиках, которые мокреют с каждой минутой пребывания со мной. Но, не смотря на ее похоть, она редко поднимала на меня глаза, пытаясь смотреть в пол или в сторону. Что тут говорить, девушка даже чай наливала не смотря в чашку. Так она боялась соблазниться мной.
После чаепития , мы продолжили. Но на этот раз, после ее рассказа, я начал задавать ей наводящие вопросы при этом возбуждая ее фантазию, мысли, чувства и обоняние. Чуть расстегнув ширинку, я выпустил свои феромоны на волю, для того, чтобы задействовать ее энергию на полную, и после вопроса «а как вы ласкаете себя, успокаивая при этом?», она сорвалась, подошла ко мне и пристально посмотрев в глаза, села на край стола, и приказала взять ее. Я знал, что рано или поздно это произойдет, но не в такой манере, потому оголив все что ниже пупка, я посадил девушку обратно, и как врач стал рассматривать ее киску. «Это часть вашего лечения?». Девушке не терпелось узнать, что я буду делать дальше. А я молча рассмотрел ее, провел пальцами по набухшим половым губам, слизал смазку, и только потом, вдохнув ее аромат, вкусил сам сок. Я губами дотронулся до ее раскрытого красного, налитого кровью бутона, и держа за ножки, ощутив как она дрожит. Конвульсируя, как в вальсе, девушка почти сразу кончила, держась крепко за мою голову. Мне даже показалось, что она ее сдавит, и я лопну от давления.
Но, не став доводить ее до бешенства матки, я попросил ее лечь, а сам воткнул два пальца и отмассажировал ее так, что она брызгала фонтаном мочи на мои бумаги. Сдерживаясь, я просил ее молчать. Даже и не пытаясь рассмотреть ее грудь, я не стал рисковать, а только водить руками по ее закрытому бюсту. Мне хотелось, очень хотелось, но вся моя «врачебная практика» сводилась к сильной, жаждущей мастурбации – не более того. Да, ширинка все еще была открыта, мозг и член требовали тела. И когда ушла домой секретарша, девушка заметив это, умудрилась скрепить мои руки наручниками, самыми настоящими, которые лежали в ее маленькой сумочке, и так меня оттрахала, прыгая, что я кончал как студент, влюбляясь в запретный плод.
С тех пор, я разрешил девушке приходить ко мне и выпускать пар у меня, не прыгая в разные кровати. Мы трахаемся когда угодно, даже во время обеденного перерыва, прыгая на стол, или на диван. А пару раз даже было на подоконнике, перед прохожими. Наверное потому у меня сейчас поменьше клиентов. Эх, репутация …
